ПутешествияСнова час, когда помимо воли Память поднимает паруса, Словно бригантина в синем море, Чтобы мчать сквозь прошлые года. Снова кадров чередой случайной Мне цветное крутится кино, И в мозгу, их преломленья тайной, Ткётся слов льняное полотно. На экран реальности затменья Вновь всплывают в памяти моей Скал узор Гуамского ущелья И в лучах блистающий Сидней. Чтоб ушла гордыня-недотрога, Вновь лица сухой Сахары зной Охладят Шавлинские озера Ледниковой, талою водой. В пузырьках дыхания аквалангов Вновь осуществится мыслей фрахт Зарослью египетских кораллов, Очертаниями вверху парящих яхт. Вновь покажется, что в череде романов, Чтоб за ночь причёска не сошла, Кружевною сеткою каналов У Венеции покрыта голова. Вновь несёт в катуньские пороги, Где порою кажется: "Ну, всё..." Не дождётесь! Не прошу подмоги! Всё ещё держу в руках весло! Но снесёт Катунь-река гранит заслонов, И в сознанье памяти наждак Снова выпилит долину фараонов, Сфинкса, пирамиды и Карнак. Вновь услышу и увижу так реально, (И, наверное, не буду в этом нов) В широте мелодий венских вальсов Блеск размаха у её дворцов. Памяти счастливые подарки Вновь пронзают, словно небо стриж, Как с макушки Триумфальной арки Под ноги мне падает Париж. Вот, как струны, натянулись фьорды, И колками гор встаёт земля, Гордой музыкой звучат от них аккорды Из под водопадного смычка. Альп швейцарских выгнутые спины, Горной речки бурная вода: Мчится вверх из обжитой долины Поезд, увозящий в небеса. Падают вниз тихие долины, Звон в ушах: стучится в мысли кровь. Кажется: три гордые вершины, Как надежда, вера и любовь. Но, увы, сестёр закрыты лица Под тумана плотную вуаль, Ни вглядеться в них, ни раствориться С ними в неба призрачную даль. Может быть, я просто недостоин Видеть их сквозь неба паранджу, Обречённый, словно с ветром воин, Догоняя, вспугивать мечту? И сомненья стянут, как одежда: Может быть, стократ другим нужней И любовь, и вера, и надежда, И в лучах блистающий Сидней? Титры слов уже не различимы Перекрестье мыслей тех вдали, За окном - унылые равнины А ведь только высились хребты. Может, где-то в льдинах Антарктиды Зеркала пещер подкорки снов? Может в жаркой Кении равнины Жрут печаль, как зебру стая львов? И блестят снега Килиманджаро, И манят на верхнее плато. Что найду там? Крышку к котлу ада? Или просто новый кадр кино? Вдруг, сквозь складки ношеной одежды, Опознают драйверы души В Титикака – озеро надежды, А в придачу – веры и любви? Может быть, в тиши буддистских храмов Отыскать я истину смогу, И на ось молебных барабанов Веретёнами смотаю суету? Будет так! Увижу блик знаменья. Ведь зачем-то в памяти моей Скал узор Гуамского ущелья И в лучах блистающий Сидней! |